Страха нет, если только ты сам не позволишь ему существовать.
Надо больше читать, Мишель. Люди делятся на две категории: те, кто читает книги, и те, кто слушает читающих книги. Поверь, к первым принадлежать лучше.
Люди зажаты между прошлым, за которое им стыдно, и будущим, которое их пугает.
Книги - это друзья, которые никогда не предадут.
Я давно пытался это понять, но только сейчас сумел уловить смысл жизни. Президент или бомж, король или раб, мы все равны. Не более чем песчинки, затерянные во вселенной. Я настаиваю на своей привилегии быть только песчинкой для человечества. Я только песчинка, но я хорошо знаю, что без песчинок никогда не было бы пляжей
Поверь мне, если бы гомеровская «Одиссея» была написана сегодня, она бы не вошла в список бестселлеров. Ее бы причислили к фантастике и триллерам.
Писатели, неспособные придумать новый мир, могут описать лишь свой собственный, каким бы скудным он ни был.
Только одним способом можно любить своих родителей: прощать им все, чего бы они ни сделали. Или потом останется только прощать себя самого за то, что не простил их раньше.
Ничто не раздражает больше, чем чужое счастье. Особенно когда этот чужой служит мерилом твоих неудач...
«Мишель, тебе читать надо больше. Мир делится на две категории людей: на тех, кто читает книги и других, которые слушают тех, кто читает. Лучше принадлежать к первой категории, я так полагаю.»
Когда испытываешь в жизни страх, это оттого, что не знаешь, какое решение принять.
Любовь - величайший акт эгоизма, лучший подарок, который можно сделать самому себе.
Вперёд, только вперёд, в неизвестное!
Надо естественнымм образом принять идею смерти, потому что она, пожалуй, самое интересное, что есть в жизни.
- А что вы чувствовали? - Это невозможно описать. Всё равно, как если бы меня спросили, какова соль на вкус. Точно так же я не смогла бы ответить, что такое сладость человеку, который её не знает. Какими словами надо для этого пользоваться? Надо попробовать соль, чтобы узнать, какова она на вкус. Надо медитировать, чтобы…
