28.07
0
0
Ничуть не бывало! Просто теперь не Манюня, а все-все-все.
В другой раз мама сломала руку, когда полезла на стремянку – вешать шторы. Кончилось всё прерванным полётом. Руку загипсовали, сорванный с мясом карниз выкинули, внезапно выросшую на пути маминого двойного тулупа стену зашпаклевали.
Мама невзлюбила свой гипс всеми фибрами души. Поэтому уже на второй неделе, когда дома никого не было, она вынимала руку из гипса и вязала. И сразу же надевала его обратно на запястье, когда кто-то возвращался. Она почти уже довязала свитер, но тут её застукал муж. И высказал всё, что накопилось за тридцать пять лет совместной жизни.
Если вы еще не знаете, то я вам хочу сообщить: у Наринэ Абгарян удивительный жж. В нем теплые, трогательные, светлые рассказы о семье.
Правда, внешние приличия бабуля соблюдала, строила из себя правильную армянскую невестку. При гостях, например, старалась говорить на армянском:
-Надя, эс инч писа кник а! (что за нехорошая женщина!)
Далее следовал кивок в сторону нехорошей женщины.
-Мама,- шептала ей дочь,- ты чего? Она же понимает, что ты говоришь!
-Не волнуйся, я тихо.
После контузии бабуля слышала плохо и от этого говорила громко. Так что её "тихо" вполне можно было услышать на другом конце города.
Читаешь — и сам не понимаешь, смеешься ты или плачешь. Наверное, и то, и другое сразу.
Вообще-то я собиралась написать новогодний пост. Но вышло совсем другое.
Это потому что за окном частыми хлопьями падает снег.
Бабуля говорила – в такие снежные ночи к нам приходят наши ушедшие родные.
Они могут просто побыть рядом, а могут присниться.
Если они приснятся, обязательно нужно запомнить то, что они нам скажут.
Потому что говорить они умеют только снежными ночами.