– Он бежит от тебя, Маша. – Оборвала меня Полина, положив ладонь на мое плечо. – От своих чувств и от боли. Мне тяжело смотреть на такого Солнцева, зная и помня его другим. Неважно, что вы сделали, какие ошибки совершили. Если чувства настоящие, они все выдержат. Ты должна попытаться, обязана. Если бы ты видела, каким он пришел ко мне, когда ты уехала в Америку… ты бы поняла, почему я говорю сейчас с тобой. Это огромная боль, то, что вы пережили, но это лучше, чем сто лет одиночества и пустоты. За любовь нужно бороться, Маш, а жалеть себя ты будешь после, если ничего не выйдет.
Смерть приходила в мою жизнь трижды, забирая самых родных и любимых людей. Она не стучалась, не предупреждала, не посылала тайные знаки, а просто заявлялась, как к себе домой и забирала свое… то, что еще вчера было моим. Когда ушла сестра, я перестал бояться, словно разделив свою жизнь на «до» и «после», окружил себя непробиваемыми стенами. Я понял, что нам в этом мире ничего не принадлежит. Даже собственная жизнь.
Как во сне, я смотрел, как адвокат укладывает Машу на носилки, нехотя отступая в сторону, позволяя врачам заняться ею. Он смотрел на нее, не отрываясь, словно вокруг ничего и никого не существовало. Словно от того, что сейчас скажут медики, зависит: будет ли жить он сам. Я уже видел этот взгляд. Иногда именно с таким выражением болезненной одержимости и вселенского страданья Маша смотрела в пространство в минуты, когда я понимал, что она далеко.
Комментарии
Пока никто не оставил комментарий. Будьте первым.