Позитивная книга Не МАМКАЙ Маша Трауб ПрочитанноеПродолжительность: 11:33
0 - хотят прочитать|0 - прочитали
Так бывает – тебе кажется, что жизнь вполне наладилась и даже удалась. Ты – счастливчик, все у тебя ровно и гладко. И вдруг – удар. Ты словно спотыкаешься на ровной дороге и понимаешь, что то, что было раньше, – не жизнь, не настоящая жизнь. Появляется человек, без которого ты задыхаешься, физически не можешь дышать. Будь тебе девятнадцать, у тебя не было бы...
Рано или поздно шрамы перестают гноиться, болеть и требовать перевязок. Они рубцуются, бледнеют, но никогда не исчезают бесследно. Хоть тонкая, в белую нитку полоска, но остается. Татьяна не сказала ему, что у нее на сердце остался точно такой же шрам, который напоминает о себе при глубоком вдохе, по вечерам или в такие…
Татьяна научилась так жить. Была одна жизнь – с Максом и Мусей, с ответственностью, режимом, распланированным графиком, и другая – с Артемом. Легкая, безответственная, сумасшедшая. И эти две жизни, не сплетаясь и не пересекаясь, делали ее самой собой. Давали ей ощущение той самой полноценной жизни, в которой есть все, о…
Артем не чувствовал своего возраста. Для него время остановилось на отметке тридцать два года – том времени, когда у него все получалось, когда все было возможно, когда ему было легко и интересно жить и можно было все изменить в одно мгновение. Внутри он остался таким же – те же эмоции, ощущения. Только усталость,…
Ее привлекала эта удивительная сохранившаяся в нем детскость, легкость, смелость и вседозволенность. Если угодно, то да, инфантильность. И вот такая способность выражать чувства, говорить о любви красиво, бесконечно, часто – так искренне, что в его слова невозможно было не верить. Очень хотелось верить и слушать, слушать,…
Солнце нужно было и Татьяне, которая мечтала о загаре и морской воде. О том, чтобы сбросить с себя московскую промозглость, заботы и банально «поменять обои перед глазами». Она устала от быта, четырех стен, грязных парковых дорожек и своих доведенных до автоматизма домашних забот. Наконец, устала от себя – с висящим после…
Когда его голос в твоей голове, ты смотришь в стену, а видишь его.
Я с тобой могу или плакать, или смеяться. Или и то, и другое одновременно. Ровного настроения не бывает. Я с тобой всё время в истерике.
Я ехала к нему, как больной за спасительным лекарством, чтобы увидеть, как он на меня смотрит. И назад ехала тоже больная - от того, что не знала, когда увижу его снова.
Коллега Артема – фам фаталь, менявшая любовников каждый сезон, но, как считало общество, до сих пор любившая только мужа, что позволяло считать ее не б…, а, напротив, страдающей женщиной.
Хотя что считать хорошим концом – условное счастье двоих на обломках судеб других? Или, наоборот, крепкая семья на руинах собственных чувств?
Сюда, погостить в этот городок, он вырывался дней на пять. Дольше уже не выдерживал – начинал скучать. Даже нет, не скучать. Его засасывало, манило это состояние ничегонеделанья. Дни летели стремительно. Так, не приходя в сознание, можно было прожить жизнь и не заметить, как это случилось.
Артему Анжела не понравилась сразу и категорически. «Отрицательного обаяния человек», – подумал он. Крупная женщина в лосинах и мужской футболке. Слишком громкая, слишком наглая, слишком говорливая. Но Артем решил, что раз Анжелу «передали» соседи, значит, от нее неудобно отказываться. Неудобно было перед соседями, а не…
- Знаешь, что нужно мужчине для полного счастья? - спросил он, когда она уже стояла в дверях палаты. - Что? - Чтобы хотя бы раз в день женщина его спрашивала, как он себя чувствует. Поэтому так часто у больных случаются романы с медсёстрами.
А еще она думала о том, как мама пережила тот вечер, ту ночь, когда она пришла к тому мужчине с чемоданом и сказала – вот, я пришла, давай жить вместе, как мы хотели, как мечтали. Я ушла, я бросила мужа и дочь ради тебя, я сожгла мосты. Протяни мне руку и поведи за собой. Мы же все время об этом говорили – просыпаться…
Говорят, что на чужом, иностранном, языке легче говорить о чувствах и признаваться в любви. Шепотом тоже легче.
