Знаменитый Мишель Уэльбек, лауреат многих премий, в том числе Гонкуровской, автор мировых бестселлеров «Элементарные частицы», «Платформа» «Возможность острова», «Покорность», удивил всех, написав камерный роман о раскаянии, сожалении и утраченной любви. Сорокашестилетний Флоран-Клод Лабруст терпит очередной крах в отношениях с любовницей. Функционер в...
Каудильо, предчувствуя, что Испания никогда не вскочит на подножку уходящего поезда технической революции, которую она, скажем прямо, элементарно проворонила, отважился сделать ход конем, инвестируя сразу в третью и конечную фазу развития европейской экономики, сведенную к посредничеству, туризму и оказанию услуг, и предоставил таким образом своей стране решающее конкурентное преимущество в тот момент, когда работники с постоянными доходами из новых индустриальных стран, добившись более высокой покупательной способности, решили тратить деньги в Европе.
…пару раз английские пенсионеры даже дали мне от ворот поворот (ну и не страшно, англичане никогда не проявляют радушия, англичане почти такие же расисты, как японцы, чьей, так сказать, облегченной версией они являются), голландцы тоже меня отвергли, конечно, не из ксенофобских соображений (какой из голландца ксенофоб? это взаимоисключающие понятия, Голландия вообще не страна, в лучшем случае предприятие), просто они закрыли мне доступ в свой стариковский мир!
Она, как обычно, была нещадно накрашена, я бы даже сказал размалевана, алая помада и пурпурно-фиолетовые тени подчеркивали ее бледность и «фарфоровое» личико, как выражается Ив Симон в своих романах, – тут я вспомнил, что она всегда пряталась от солнца, блеклая кожа (в смысле фарфоровая, используя терминологию Ива Симона) считается у японок верхом изысканности.
Истории и лайфхаки
История
Граф на щите
Безусловно великолепный слог и сила образа. Пожалуй, это сельский апофеоз и он прекрасен. Во-первых, он был потрясающе хорош собой, его отечное лицо волшебным образом разгладилось, но главное, он выглядел совершенно спокойно, чуть ли не радостно, его длинные светлые волосы развевались на ветру, который внезапно подул именно в эту минуту; как всегда, у него с губ свисал косяк, он стоял, уперев в бедро свой «шмайссер», чуть приподняв его; на заднем плане разворачивалась картина, наводящая вселенский, метафизический ужас, на фоне черного дыма корчился столб пламени; в это мгновение Эмерик казался счастливым, ну почти счастливым, во всяком случае, он казался человеком на своем месте, а главное, его взгляд и расслабленная поза выдавали совершенно невероятную дерзость, он воплощал один из вечных образов мятежника, поэтому столько новостников по всему миру выбрали эту картинку.А еще – и вряд ли это понял кто-то, кроме меня, – это был тот Эмерик, которого я всегда знал, хороший мужик, мягкий по натуре и даже добрый, он просто хотел жить счастливо, но слишком увлекся своей фермерской мечтой, построенной на разумных объемах производства и качестве продукции, а еще мечтой о Сесиль, а Сесиль оказалась просто жирной сукой, помешанной на лондонской тусовке и своем пианисте, да и Евросоюз тоже оказался жирной сукой, придумал молочные квоты, Эмерик, конечно, не ожидал, что все так повернется.
История
Три в одном
Мишель Уэльбек
Платформа (2001)
Покорность (2015)
Серотонин (2019)
Страдание
Пусть даже в книгах иногда и мелькает некий Мишель или от его же лица ведётся повествование, тут всё же ситуация как по азбуке автофикшена - "Я в книге", это не реальный "Я". Поэтому несмотря на то, что чаще всего герои Уэльбека это одинокие или ставшие одинокими, фокус всё же на страдание, утрату, горе и всегда, неизменно присутствующее ускользание или "исчезание" (как по названию романа Перека), той самой женщины, с которой строились долгоидущие планы. Героям Уэльбека всегда кто-то нужен рядом, чтобы жить (не жить дальше, а жить вообще). В таком виде Уэльбек не так уж далеко уходит от Буковски, где у него есть "обычная женщина" и "ТА-САМАЯ". Разница лишь в том, что Буковски я читать не могу, а Уэльбек при всех всплывающих отвлекающих манёвров (в виде исламофобии, сексизма, расизма и так далее), вскрывается всё же как человек поставивший на себе крест.Сантименты
Кто-то посчитает что такой путь ведёт к созависимости или что это бессмысленное страдание, я же скажу, что это скорее литературный сентиментализм. Собственно падение в "чувства" (или чувство), когда они (оно) важнее рационального спасения. Что не отменяет картинку перед нами: загнанные французские мужчины проявляют типичное поведение потребителей женщин и бесконечно страдают от своих же взглядов.Почему страдание?
Местами герои Уэльбека походят на собак с изначально слабым темпераментом и стоило один раз человеку плохо повести себя с ними, они изгоняли образ возможного друга-компаньона прибиваясь к другим бродячим собакам. В этом смысле, аналогия бродяжничества очень даже соотносится с прочитанными мной романами: В "Серотонине" герой бродяжничает потому что вынужден изменить свой образ жизни сначала из-за расставания, затем из-за приёма таблеток. В "Покорности" герой путешествует потому что пишет текст о Гюисмансе (средней известности французский автор, по моему впечатлению читают его преимущественно филологи и литературоведы, реже свободно читающие любители французской литературы, у нас издан в приятных карманных риполах) . В "Платформе" помимо вероятной ссылки на Генри Миллера "Тропик Рака" (у него это Тропик Тай), опять же архетип путешествия. Другой частый элемент: герои либо прямо либо косвенно служат в крупных государственных структурах, то есть человек работающий на бюрократическую машину - здесь справедливо припомнить многострадального Кафку
В "Платформе" государственный служащий (помню что экономист), в "Серотонине" сотрудник министерства сельского хозяйства (если память не выкинула кульбит и я ничего не путаю, ключевой момент в любом случае, что это французские бюджетники).
Стилистика
Вообще, что интересно, Уэльбек кажется, осознанно использует классическую формулу "героя в путешествии" и натягивает это на современное время, а путешествия, которые нам сейчас доступны - это цивильные, прилизанные туристические. По мнению Уэльбека созданные лишь угождать, пробуждать желание и провоцировать "объедание чувствами". Туризм соединяется таким образом с экономической моделью (причём туризм там как классического формата: отели-спа-еда-походы, так и секс-туризм). В "Серотонине", как мне показалось, больше было социологии, классовости, ну и ведущей деятельности героя - влияние поправок на сельское хозяйство, собственно на фермеров, на пищевое производство (о мясной индустрии тоже опущено достаточно слов - об убитых животных пишет с состраданием, так что ПЭТА вряд ли сможет навесить на Уэльбека удобный ярлык правочка-естественника, что оправдывает страдание животных природными причинами, а вот сексизм и расизм остаётся на месте).> есть ещё вторая часть, где смотреть - найдёте.
Мишель Уэльбек (настоящая фамилия Тома́) — французский писатель, поэт.Родился 26 февраля 1956 на о. Реюньон, владении Франции в Индийском океане. Его отец, проводник в горах, и его мать, врач-анестезиолог, уделяли ему мало внимания после рождения сестры. Сначала его воспитывали бабушка и дедушка по материнской линии, ж...
Комментарии
Пока никто не оставил комментарий. Будьте первым.