Солёные огурцы – это неподходящее блюдо для завтрака!
— Ого, — удивился я. — Это же алмазы. И сапфиры. И рубины. — Вообще-то я называю их Особые Прозрачно-Твёрдые Блестяторы, Особые Сине-Твёрдые Блестяторы и… как же это… — Особые Красно-Твёрдые Блестяторы? — предположил я. — Вот-вот, — подтвердил профессор.
Then he looked like he remembered that, without milk, he couldn’t have his tea. He had his “no tea” face.
Липкие пришельцы мигом побледнели. То есть стали очень-очень бледно-зелёными.
We have spoons. Spoons are excellent. Sort of like forks, only not as stabby.
— А пони в этой истории будут? — спросила сестрёнка. — Я хочу, чтобы в ней были пони.
Потому что, согласно моим расчетам, при соприкосновении одного и того же объекта из разных временных слоев с самим собой возможны два варианта развития событий. Первый вариант - вселенная прекратит свое существование. Второй вариант - три забавных гнома пустятся в пляс с цветочными горшками на головах.
— Человек держит молоко, чтобы заставить эти одержимые зудом переустройства зелёные сопли убраться восвояси, — пояснил профессор. — И больше не угрожать нам.
Жифые жирные спагетти, зело борзо!
Если всё же герою удаётся спастись, помощь всегда приходит, пока он идёт по доске.
«He did say he’d explain later,” I pointed out. “And that wasn’t much of an explanation.” “But it’s not later yet,” said Professor Steg. “It’s still now. It won’t be later until later.»
“Now, as a representative of your species, we demand that you give us ownership of the whole planet. We are going to remodel it.” “I jolly well won’t,” I said.
"Do you like hard-hairy-wet-white-crunchers?" he asked. "Coconuts?" I guessed. "I named it first,' said professor Steg.
