Нельзя цепляться за мечты и сны, забывая о настоящем, забывая о своей жизни.
С этого момента Гермиона Грэйнджер стала их другом. Есть события, пережив которые, нельзя не проникнуться друг к другу симпатией. И победа над четырехметровым горным троллем, несомненно, относится к таким событиям.
Меня всегда забавляло то, какими странными путями порой следуют человеческие мысли.
- Сэр… Профессор Дамблдор, - нерешительно начал он. - Могу я задать вам один вопрос? - Кажется, ты уже задал один вопрос. - Дамблдор улыбнулся. - Тем не менее можешь задать еще один. - Что вы видите, когда смотрите в зеркало? - выпалил Гарри, затаив дыхание. - Я? - переспросил профессор. - Я вижу себя, держащего в руке…
Если бы Шляпа сказала, что один из факультетов предназначен исключительно для тех, кого от волнения начинает тошнить, Гарри бы сразу понял, что это его факультет.
Есть события, пережив которые, нельзя не проникнуться друг к другу симпатией.
"Не хмурься, Гарри! Мы еще только через неделю узнаем, что все написали неправильно! Пока можно не беспокоиться".
Беда в том, что люди, как правило, выбирают то, что для них является наихудшим.
Комментатор Ли Джордан, прекрасно зная, что обязан быть бесстрастным, все же не удержался от того, чтобы обозначить свою позицию. — Итак, после очевидного, намеренного и потому нечестного и отвратительного нарушения... — Джордан! — прорычала профессор МакГонагалл. — Я хотел сказать, — поправился Джордан, — после этого…
Человека определяют не заложенные в нём качества, а лишь его выбор.
«Любовь оставляет свой след. Это не шрам, этот след вообще невидим… Если тебя так крепко любят, то даже когда любящий тебя человек умирает, ты все равно остаешься под его защитой.»
Не волшебник выбирает палочку , а палочка волшебника .
Прежде чем начать банкет, я бы хотел сказать несколько слов. А слова мои будут такие: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка!
- Успокойся, Уизли прекрасно справляются со своей задачей - они сами как бладжеры, только в человеческом обличье.
— Фред, ты следующий, — скомандовала пухлая женщина. — Я не Фред, я Джордж, — ответил мальчик, к которому она обращалась. — Скажи мне честно, женщина, как ты можешь называть себя нашей матерью? Разве ты не видишь, что я — Джордж? — Джордж, дорогой, прости меня, — виновато произнесла женщина. — Я пошутил, на самом деле я…
